Мне по сей день кажется, что я видел их глаза в тот момент, когда боги оставили их мир, в тот момент, когда они больше всего в нас нуждались. Когда не остаётся надежды, ты уповаешь на бога. Верил или не верил в него ты до этого, в этот момент это не имеет значения. Нет атеистов перед смертью. Точнее они есть, но лишь среди тех, кто не успел почувствовать её приближение. Когда смерть дышит тебе в затылок, когда волосы на загривке встают дыбом, ты вспоминаешь молитвы, даже те, которые ты никогда не произносил, а лишь слышал мельком от своей бабушки. Никто осознанно в здравом уме не хочет умирать. У нас есть ещё столько планов. Мы столько хорошего, оказывается, ещё собирались сделать в своей жизни, что нам кажется, что боги должны дать нам ещё один шанс. Но богов рядом нет, и ты чувствуешь это всем своим нутром, некому тебя сейчас защитить, некому спасти твою бренную жизнь. А когда таких жизней миллионы, и нет никого рядом, кто способен отвернуть беду, повернуть время вспять, ты видишь в глазах людей неподдельный страх, страх перед неизбежностью. А каково по вашему богу, который не смог изменить ничего, который чувствовал все эти миллионы смертей в своём сердце, бога, который потерял в один миг миллионы детей. Ни одна мать и ни один отец не чувствовал этой боли. Это не просто так умереть, это умереть миллион раз за миллион тех, кого ты создал, и кого ты безвозмездно любил просто за то, что они есть. И я прощаюсь с теми, кого не смог спасти, кого любил и кого по сей день чувствую в воздухе, который я вдыхаю. Очерствел ли я сердцем? Да. Но больнее пережить смерть сына, чем умереть самому. Они все сгорели в пламени кометы, что звали Матерью Драконов. Но я создал их, и я позволил им умереть. И их имена звучат в моём сердце: " Сола, Эхт, Ханни..." Я помню вас всех.
